Не забыть тех лет суровых: воспоминания из письма, связанные с освобождением Ельского района от немецко-фашистских захватчиков

Год исторической памяти Обратная связь Общество Освобождение Ельщины

В редакцию газеты «Народны голас» позвонила наша постоянная читательница и внештатный корреспондент Сталина Алехнович и рассказала о письме, которое она обнаружила в своем домашнем архиве.

Письмо, которое так взволновало Сталину Ивановну, содержало воспоминания ее двоюродной сестры Ольги Авраменко о самом трагическом периоде ее жизни, связанном с освобождением Ельского района от немецко-фашистских захватчиков. Все письмо воспроизвести невозможно, так как оно содержит много личного. Но некоторые фрагменты из письма, думается, будут интересны и нашим читателям. Вот что пишет женщина в начале своего послания после приветственных строк: «Мы уходили из дома нашего во время боя. Это было в октябре 1943 года. Накануне вечером мама, выйдя из дома, встретила наших разведчиков. Они расспросили ее о немцах и посоветовали на время боев покинуть Ельск…

Сначала мы искали приют в д. Добрынь, откуда наступали наши советские войска (Прим. автора: фашисты всеми силами сдерживали наступление партизан и советской армии, за Ельск бились всю осень 1943-го и полтора месяца зимы 1944 года – Ельск был освобожден 11 января 1944 года). Но еще до того, как мы покинули родное местечко, нам пришлось пережить немало страха.

Помню… уже стемнело. К нам в дом зашли три немца. Они сразу завесили окна плащ-палаткой. Затем сели за стол, поели консервы свои, а мы, дети, в это время сидели на печке, как мыши под веником. Кто-то из детей спрятался за ширмой и оттуда со страхом поглядывал на непрошеных гостей.

Один немец играл на губной гармошке, второй – на нашем стареньком пианино, а третий куда-то вышел. Потом они встали, собрались и ушли. Тот, который выходил, вернулся, чтобы нас расстрелять (ему приказали старшие по званию). Но он этого не сделал. Немец достал из нагрудного кармана фотокарточку женщины с детьми и показал маме, объяснив, что это его семья. Он посоветовал уходить подальше от линии фронта.

Моя мама немного понимала по-немецки. Во время оккупации, чтобы прокормить большую семью, она работала на немецкой кухне. Повар Буба, которому мама помогала на кухне, видимо, был человеком неплохим. Когда мама выносила мусор, он бросал ей в ведро кусок мяса, капусту, хлеб… Она прятала еду, а потом после работы забирала и относила своей матери, нашей бабушке Марине.

Ты ведь знаешь, когда твою маму немцы схватили за связь с партизанами и отправили в концлагерь, бабушка Марина смотрела и вас, четверых, и нас. Моя мама всем, что имела, делилась с вами…».

Дальше Ольга описывает, как совет-ские бойцы 415-й стрелковой дивизии совместно с 37-ой Ельской партизанской бригадой освобождали Ельск от оккупантов. Бои велись с переменным успехом всю осень 1943-го и начало зимы 1944 года.

Во время артиллерийского и минометного обстрелов страдало мирное население. Так, ул. Пушкина, по рассказам старожилов, практически полностью была сожжена.

Сталина Ивановна хорошо помнит, как немецкие пулеметчики засели на церковной колокольне, и вели интенсивный обстрел всего центра. Не сразу их удалось оттуда выбить…

Далее в письме рассказывается, как тетя Сталины Алехнович вместе со своими детьми и племянниками (самой младшей из детей Сталине едва исполнилось тогда три года) под обстрелом выводила детей из Ельска: «…мы вышли из дома. Кругом свистели трассирующие пули. Мама вела за руку тебя и Мишу, а мы всей гурьбой за ней шли. Путь наш был нелегким. Мы постоянно приседали от взрывов, вставали и снова шли в направлении Млынка. По дороге встретили наших связистов. Они посмеялись: «Вы как та курица наседка… Куда своих цыплят ведете?» Солдаты посоветовали маме вести нас вдоль линии связи – так безопаснее было.

В Млынке гражданских не было, только военные. Красноармейцы на грузовике подвезли нас до Добрыня. Была ночь, темень страшная…

В Добрыне командир распределил нас по домам местных жителей. Солдаты нас подкармливали, каждый день кто-нибудь из солдатской кухни приносил нам еду. Когда бои стали приближаться к Добрыню, мы с мамой на военном грузовике переехали в Буду Головчицкую, где нас никто не хотел брать на постой. Но командир приказал одной бабке пустить нас к себе. Она не хотела, но потом согласилась. У нее мы перезимовали.

Мама каждый день ходила на военно-походную кухню и помогала, чем могла: чистила картошку, мыла посуду… А еще она стригла солдат. Маме давали целое ведро еды на всех нас и нашу сварливую бабку-хозяйку.

Когда тетя Аксения привела нам корову, жизнь тихонько наладилась. Даже бабка к нам подобрела, перестала на нас кричать.

А когда наши войска полностью освободили Ельский район, мы вернулись домой…».

Много бед выпало на долю нашего многострадального народа. До сих пор раны от той страшной войны не зажили. Почти в каждой белорусской семье помнят о предках, погибших в годы Великой Отечественной войны. Память о муках и подвиге советского народа нетленна.

Дети войны. Фото носит иллюстративный характер из сети Интернет.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *