Ранним утром мы отправились в деревню, которую уже не найти на картах Беларуси. Она стала символом скорби и боли, сохраняя память обо всех сожженных фашистами деревнях и людях, заживо сгоревших в огне…. На сером мраморе большими буквами высечено: ХАТЫНЬ. Указатель показывает направление движения. Дорога извивается среди лесов, выводя путников к Хатыни…
Вышли из машины, а вокруг ни души, только птицы беззаботно чирикают, да пронизывает тишину звон колоколов, от которого замирает сердце, и, кажется, мурашки пробегают по телу, а на глаза наворачиваются слезы.
Думаю, что название деревни Хатынь знакомо каждому жителю нашей страны. Трагедия произошла в марте 1943 года. А дело было так: партизанский отряд устроил засаду, в которой погибло трое немецких военнослужащих. Среди убитых был и некто Ханс Вельке – спортсмен (победитель Олимпийских игр) и хороший знакомый Гитлера. Его смерть нельзя было оставить без внимания, и нацисты решили отомстить. Заподозрив жителей Хатыни в пособничестве партизанам, каратели устроили беспощадную расправу. Ни в чем не повинным людям из деревни фашисты вынесли смертный приговор. Из домов в Хатыни гитлеровцы выгнали стариков, детей, женщин и мужчин. Больных и немощных подталкивали прикладами. Всех согнали в сарай на окраине, в котором когда-то хранилось сено. Взрослые, как могли, успокаивали детей, но тревога с каждой минутой все сильнее охватывала их. Запертые внутри, они не знали, что творилось снаружи. В это время несколько солдат обкладывали стены сарая соломой, лили бензин и жгли спички. Деревянный сарай мгновенно загорелся. В дыму задыхались и плакали дети. Взрослые пытались спасти детей. Под напором десятков человеческих тел не выдержали и рухнули двери. В горящей одежде, охваченные ужасом, люди бросились бежать, но тех, кто вырывался из пламени, фашисты хладнокровно расстреливали из автоматов и пулеметов.
Чудом уцелеть удалось единицам. Официально жертвами трагедии признаны 149 человек, из которых 75 детей. Самому младшему, Толику Яскевичу, исполнилось всего 7 недель от роду.
Непокоренный человек
Деревенский кузнец Иосиф Каминский – один из тех немногих, кому довелось выжить во время уничтожения Хатыни. Иосиф был ранен и сильно обгорел в сарае. Он потерял сознание и пришел в себя лишь поздно ночью, когда нацисты уже покинули деревню. Среди трупов жителей деревни он отыскал своего сына Адама, еще живого, но смертельно раненого в живот. Мальчик скончался через несколько минут на руках у отца.
Именно Иосиф Каминский и стал прототипом шестиметровой бронзовой скульптуры «Непокоренный человек» в мемориальном комплексе «Хатынь», изображающей пожилого мужчину с мертвым мальчиком на руках.
«Ни кола, ни двора, только остались печи с кирпичом, – вспоминал Иосиф Каминский со слезами на глазах во время открытия мемориала. – Да. Угробил фашист 149 душ и моих пять душ семьи, четверых детей и жену пятую. Чтобы больше этого не было – крах фашистам и тому, кто войну объявляет. Не могу говорить, простите меня».
Рядом с шестиметровой скульптурой «Непокоренный человек» был когда-то расположен дом Иосифа Каминского. На месте каждого из 26 уничтоженных пламенем сельских домов сейчас – символический первый венец сруба, печная труба, увенчанная колоколом, и мемориальная плита, на которой увековечены имена тех, кто жил там до 22 марта 1943 года. И навеки открытая калитка. Это все, что оставалось от сельских домов после огня….
Братская могила
На братской могиле мраморный венок памяти с символическим обращением погибших к живым с просьбой беречь мир и покой на Земле: «Люди добрые, помните: любили мы жизнь и Родину нашу, и вас, дорогие. Мы сгорели живыми в огне. Наша просьба ко всем: пусть скорбь и печаль обратятся в мужество ваше и силу, чтобы смогли вы утвердить навечно мир и покой на Земле. Чтобы отныне нигде и никогда в вихре пожаров жизнь не умирала!».
С другой стороны венка – ответ живых погибшим: «Родные вы наши. Головы в скорби великой склонив, стоим перед вами. Вы не покорились фашистским убийцам в черные дни лихолетья. Вы приняли смерть, но пламя любви к Родине нашей советской вовек не погаснет. Память о вас в народе бессмертна, как вечна наша Земля и вечно яркое солнце над нею».
У братской могилы лежат живые гвоздики. Они символизируют кровь и жертвы, отданные во время войны. А еще красные гвоздики стали знаком памяти и уважения к тем, кто отдал свою жизнь за свободу и мир.
Кладбище деревень
Трагическая судьба Хатыни – отнюдь не исключительный случай. Сотни деревень и сел Беларуси постигла схожая участь в годы Великой Отечественной войны. И мемориальный комплекс «Хатынь» напоминает о судьбе не только этой деревни, но и всех других, уничтоженных в те страшные годы.
На символическом кладбище деревень находится 185 могил, каждая обозначает одну из уничтоженных нацистами деревень, которые так и не поднялись из пепла. 186-я невозрожденная деревня – это сама Хатынь. С трепетом в сердце ищу деревни Копанка, Круглое, Заболотье, которые были уничтожены фашистами вместе с жителями в Ель-ском районе в ходе карательной операции.
Вот вижу, что Круглое и Заболотье расположены рядом, а Копанка немного поодаль. На каждой могиле – урна с землей, привезенной в Хатынь из этих самых деревень, так что это действительно в некотором смысле кладбище. А пьедесталы урн с землей оформлены в виде языков огня – символ пламени, поглотившего населенные пункты и их жителей.
Стоит отметить, что в ходе расследования уголовного дела о геноциде белорусского народа были установлены новые факты. Список деревень, разделивших трагическую судьбу Хатыни, то есть тех, которые были сожжены полностью с жителями и не восстановились после войны, дополнен новыми населенными пунктами. На данный момент их насчитывается не менее 12868.
Дерево жизни
Сразу за кладбищем находится мемориальная стена, посвященная памяти жертв концлагерей, действовавших на территории Третьего рейха. Специальные ниши ассоциируются с казематами концлагерей, в них вмонтированы плиты с названиями 66 лагерей смерти и указанием количества погибших в них людей.
Рядом – композиция «Площадь памяти», в которую входят три березы, символизирующие жизнь. В память о погибших горит Вечный огонь. А за ней находится мемориальный знак «Древо жизни»: на него нанесен список из 433 деревень Беларуси, которым удалось возродиться после войны, буквально подняться из руин. На одном из «деревьев жизни» мраморная табличка с надписью «Скородное Ельского района». Деревня Скородное после войны возродилась из пепла, о чем свидетельствуют воспоминания очевидцев.
Каждый из элементов мемориала в Хатыни имеет свою символику, в которой заключен глубокий смысл и оригинальное решение темы пережитой жителями нашей страны в годы Великой Отечественной войны трагедии, непокорности и мужества белорусского народа. Когда сооружался этот мемориал, считали, что погиб каждый четвертый. Но мы знаем, что погибших, умерших было значительно больше. В Беларуси в земле лежит каждый третий, каждый третий погиб в той страшной войне. Нацисты планировали истребить наш народ, очистить для себя на нашей земле жизненное пространство. Слава Богу, не получилось! Мирные жители Хатыни собой заслонили нас, уберегли наших близких.
Эта рана на теле Беларуси зарубцевалась, но она по-прежнему болит. И эту трагическую историю мы обязаны знать, бережно хранить и передавать будущим поколениям, чтобы помнили обо всех уничтоженных в годы оккупации и невозродившихся деревнях. О миллионах жертв геноцида, устроенного гитлеровцами и их приспешниками. Обо всех расстрелянных, заживо сожженных, заморенных голодом и болезнями, забитых до смерти, чьей кровью пропитана наша белорусская земля.
Татьяна Петрухно
